Днепр

В Днепре адвокат рассказал, как будет работать мораторий на взимание долга по валютной ипотеке

12 августа, на пресс-конференции в медиа-центре Информатор адвокат, управляющий партнер адвокатской фирмы ПАКС Станислав Лифлянчик рассказал о том, как будет работать мораторий на принудительное взимание долгов по валютной ипотеке, будет ли он работать вообще.

Для чего такой мораторий вообще нужен

По словам Станислава Лифлянчика, с 2006 по 2008 годы банки стали предлагать такой финансовый продукт как валютные кредиты.

«Такие кредиты выдавались не в гривне, а в валюте под очень небольшой процент, что казалось очень выгодным. Люди на эти кредитные деньги покупали недвижимость, автомобили, брали их под залог уже имевшейся недвижимости. И все было хорошо, пока в 2009 году не произошел валютный скачок в результате всемирного экономического кризиса. Цена на валюту взлетела до 12 гривен за доллар США, потом она упала до 8 гривен и держалась на этом уровне уже достаточно долго.

Однако люди, рассчитывавшие на погашение кредита по курсу 5,5 гривны за доллар, уже, естественно, гасить кредит не могли. В период, пока доллар скакал в цене, у людей возникла просрочка в 3-6 месяцев из-за чего возникла большая пеня, что превратило кредиты в просто не отдаваемые. Некоторые люди умудрялись отдавать проценты и пеню, но тело кредита так и оставалось непогашенным, исходя из тех доходов, которые они имели. Банки стали массово обращаться в суды с исковыми заявлениями о взыскании задолженности. А ипотека по своей сути – залог недвижимого имущества. Далее это имущество либо реализовывалось с торгов, либо переходило в право собственности кредитора. После этого некоторые кредиты были погашены, некоторые были погашены позже. В 2010 или в 2011 году банки пошли на возможность реструктуризации таких валютных кредитов с возможностью отдачи долга в гривне, что в определенной мере решило проблему. Но часть заемщиков по ряду причин дожили должниками до сегодняшнего дня.

В 2014 году было предложено ввести мораторий на реализацию их ипотечной недвижимости, если это являлось их единственным жильем и не превышало по площади определенный размер, предусмотренный законом. Мораторий этот много раз продлевался. И в результате дожил до вступления в силу нового кодекса о банкротстве. Он предусматривал прекращение моратория и возможности банкротства физических лиц. То есть граждан, которые должны вернуть кредит, но не имеют возможности этого сделать. Смысл в том, что лицо, не имеющее возможности вернуть кредит, подает заявление в суд об открытии процедуры банкротства. Далее на все имеющееся у него имущество налагается запрет на реализацию, кроме мораторного имущества. Таким образом выходили на ситуацию с погашением кредита.

Но у этого нормативного акта возник огромный недостаток для заемщиков, поскольку многие заемщики прятали свое имущество и деньги, передавая все это третьим лицам. А при подаче заявления о признании себя банкротом нужно подавать декларацию и сведения об имуществе всех своих родственников первой и даже второй линий родства, что свело на нет все попытки заемщиков не возвращать деньги кредиторам.

В результате мораторий прекратился, кредиты продаются банками различным финансовым компаниям, которые начинают взыскания уже своими методами, не всегда законными, но и коллекторскими методами. В итоге возникла необходимость возложения моратория на ипотечное имущество. Насколько это правильно – вопрос риторический. С одной стороны, банки должны вернуть выданные кредиты. А с другой, люди, выплачивая пеню и проценты, уже частенько и так вернули банку его деньги.

Поэтому в Верховную Раду и был подан законопроект о новом введении моратория, правда, описание того, на что вводится мораторий, сделано некорректно, из-за чего возник скандал», — пояснил Станислав Лифлянчик.

Так что там не так

«Согласно правовым нормам, моратории и договоры не могут иметь двойного понимания написанного. То есть, пониматься они должны исключительно однозначно. В принципе, в этом законопроекте достаточно поменять несколько слов местами и вся двузначность будет убрана.

А именно: законопроектом предлагается, что в течение действия этого моратория:

  1. Не может быть применено принудительное взыскание объекта незавершенного жилищного строительства, принадлежащего физическому лицу, которому был выдан кредит на в иностранной валюте. То есть, как и было по предыдущему мораторию.
  2. Кроме имущества и имущественных прав, указанных в п. 1, не может быть принудительно взыскано другое имущество, в том числе кредитного залога, ипотеки или указанного в кредитном договоре. В этом весь скандал и заключается, поскольку п. 2 выписан так расплывчато, что в судебной практике, думаю, его можно трактовать по-разному.

Поэтому заемщики побегут доказывать в судах, что это имеется в виду не то имущество, под залог которого были взяты «долларовые» кредиты, и начнут пытаться уходить от гражданско-правовой ответственности и возвращения задолженности.

Но главная причина скандала даже не в п. 2, а в п. 3, который гласит: «Кредитное учреждение, включая и банки, не имеет права отступить или передать в пользу третьего лица свои права требований к заемщику кредита, обеспечением которого выступает имущество, указанное в п. 1». То есть, говоря человеческим языком, банки не смогут перепродать задолженность по кредиту больше никому.

А поскольку банки всегда имели и имеют мощнейшее лобби в Верховной Раде, весь этот скандал и начался. Справедливости ради надо отметить, что законопроект возвращен в Раду без подписи Президента, поскольку законопроект имеет двоякое понимание, и есть опасение того, что это приведет к неблагоприятному инвестиционному климату и так далее. И есть большая вероятность того, что этот законопроект могут просто похоронить в Верховной Раде. Поживем – увидим», — считает Станислав Лифлянчик.

Как должна развиваться эта ситуация

«Согласно всем нормативам, этот законопроект должен снова пройти через два чтения в Раде. Туда должны быть внесены поправки, как президентские, так и другие, если таковые будут. И только если его примут вторично, то его передадут на подпись Президенту.

Пока этого не произошло, валютные долги по ипотеке банки взымать могут, но Верховный суд никак не может определиться с тем, может ли кредитор перерегистрировать проблемный кредит на кого-то, то ли не может. Когда он определится непонятно, но уже есть такие прецеденты, когда людей пытаются принудительно выселять из таких «долларовых» ипотечных квартир и домов. Зачастую через суд удается доказать незаконность таких действий. Но люди, попавшие в такую ситуацию, все время судебных разбирательств не могут проживать в этом жилье. Кроме того, людям надо оплатить услуги адвокатов и судебный сбор. А кредиторы, получившие такое жилье, всячески затягивают такие судебные процессы.

А задолженность можно взыскивать и через институт частных исполнителей, являющихся альтернативой государственным исполнителям и получающих свой процент с взысканных сумм. Учитывая же их уголовную ответственность за действия, аналогичные коллекторским, они делают все максимально законно.

Еще должники должны четко отслеживать, нет ли по его имуществу судебного процесса, который может пройти и без ведома должника. Если такой процесс уже есть, то должнику надо обратиться за помощью к адвокату, имеющему опыт работы в сфере банковских дел, потому что исковые заявления не редко подаются с завышением процентной ставки и пени, а судья выносит решение по тем материалам, которые ему предоставлены», — сказал Станислав Лифлянчик.

Алексей Логинов

Copyright © 2007-2018 Информатор - Региональное интернет-издание.
При полном или частичном использовании материалов сайта ссылка
на сайт интернет издания dengi.informator.ua как источник информации обязательна.

Наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: