Днепр

Как команда Валентина Резниченко перестроила ОГА в инструмент создания новой инфраструктуры в Днепропетровской области

«С одной стороны, мы резали все ненужные затраты и уменьшали бюджет проедания, а с другой мы увеличивали бюджет развития и через Прозорро вбрасывали деньги на открытый рынок частным компаниям. Компании строили новые дороги, школы, садики и больницы и платили налоги в том числе в местные бюджеты. Это уже как будто маятник работает, не маятник, а пирамида в хорошем смысле этого слова. Чем больше ты туда вбрасываешь, тем больше возвращается, ты еще больше вбрасываешь и так постоянно. Останемся мы в ОГА, не останемся, придет новый губернатор эта пирамида будет расти даже если с ней никто ничего делать не будет ближайшие года два», — так охарактеризовал советник губернатора Днепропетровщины Юрий Голик принцип работы облгосадминистрации, в результате которой бюджет области на строительство и реконструкцию инфраструктуры вырос в 14 раз, а местное самоуправление получило дополнительные налоги. И эти факты Юрий Голик считает самыми большими достижениями команды Резниченко. Об этом советник губернатора написал большую книгу, которая вполне может стать пособием для государственных менеджеров.

Назвать этот феномен можно как угодно — маятник, пирамида, снежный ком — но факт остается фактом — если в 2014 году на строительство и реконструкцию область тратила 700 млн грн, то в 2019 году бюджет развития области составил 10 млрд грн. Раскачали строителей, и те дали толчок разным другим отраслям.

Команда Резниченко не цепляется за власть и ждет, когда придет новый губернатор, чтобы передать ему дела и все наработки и с облегчением вернуться в привычную бизнес-среду. А наработок очень много. Ни при одном губернаторе в области столько не строили — дорог, садиков, школ, амбулаторий. Юрий Голик рассказал, как удалось команде губернатора Валентина Резниченко приумножить бюджет области и дать дополнительные деньги в местные бюджеты. Что для этого пришлось переделать в работе облгосадминистрации и с какими проблемами команда столкнулась в своей работе?

Откуда мы взялись

«Мы всю жизнь занимались медиабизнесом. Если помните, первым главой Администрации президента Порошенко был Борис Ложкин, — рассказывает Юрий Голик. – Мы работали в его компании. Валентин Михайлович был вице-президентом, я был его заместителем. Плюс у меня была своя медийная компания с филиалами в четырех регионах — Луганск, Донецк, Днепр и Харьков. Мы — единственный пример прибыльной мультимедийной компании в стране. То есть мы зарабатывали на газетах, радио, интернете, продаже прессы, типографии, на телегайдах, классифайдах, журналах и т.д. В частности, мы издавали журнал «Форбс» первыми в Украине. После Революции Достоинства президентом стал Петр Порошенко, Борис Ложкин стал главой Администрации Президента. Если вы помните, первый набор на должности на госуправление это были люди, которые ранее там никогда не были. Тот же Айварас Абромавичус, Юлия Ковалив – его заместитель, Макс Нефедов, который работает до сих пор, Пивоварский – первый министр инфраструктуры после Революции достоинства, еще много-много фамилий, которых вы не знаете, которые попадали во власть, которые там ранее никогда не были.

Нам сперва поступило предложение возглавить Запорожскую область. Валентин Михайлович был губернатором Запорожской области, я его советником. Потом, когда увольняли Игоря Валерьевича Коломойского с должности губернатора Днепропетровской области, назначили Валентина Михайловича. Была очень смешная история. Три дня он был губернатором двух областей: Запорожской и Днепропетровской. В Днепропетровской области шутили, что наконец-то Запорожскую область присоединят к Днепропетровской и будет Запорожский район Днепропетровской области. На самом деле нет, была такая правовая коллизия. Мы пришли в конце марта 2015 года. Мое удостоверение советника датировано 1 апреля 2015 года – такая вот шутка получилась. Мы считали, что пришли туда на полгода максимум. Потому что мы «инородное тело» для системы госуправления – не чиновники, не бюрократы. Мы вообще слабо понимали, что происходит и вообще нам казалось, что это какая-то отдельная каста людей, которая занимается госуправлением и, наверное, туда не надо лезть, чтобы не пришибло и мозги остались на месте.

На самом деле вот уже 4 года и 3 месяца мы там. По сложившейся традиции, при смене президента, губернаторов области увольняют и назначают новых. То есть мы ждем, когда придет новый губернатор, чтобы передать ему дела, все наработки, в частности показать эту презентацию. На самом деле вместе с нами уйдет немного человек. По сути уйдет 2-3 человека. Потому что, когда Валентин стал губернатором, с ним приехал я как его советник, с ним приехал еще один помощник Андрей Курляк, и с ним приехала его помощница, фактически секретарь – все. Мы не игрались в игры, когда начали назначать людей из бизнеса в администрацию, мы не назначали никаких знакомых. Мы считали, что есть очень хорошая аналогия с футбольной командой: есть тренер, который приходит и требует накупить ему звезд, а есть тренер, который работает с теми людьми, которые есть и добивается результата. Мы себя считали высококвалифицированными менеджерами, мы были уверены, что наша задача – дать правильный импульс администрации существующей, ее кадровому составу – научить ее работать. Поэтому у нас не было какого-то десанта парашютистов, которые спускались на здание ОГА, рассаживались в кабинетах или сразу разбегались и работали. Единственное, что мы делали – активно привлекали к работе волонтеров, это те, кто хотел чем-то помочь области или стране, но по каким-то причинам не могли работать постоянно full-time, а могли только part-time работать».

Почему Днепропетровщина с ее «зелеными дорогами» — не Лас-Вегас

«С одной стороны вам всем может казаться, что Днепропетровская область это такой Лас-Вегас, в котором все хорошо и денег много, потому что там есть ГОКи и меткомбинаты, сколько олигархов оттуда: Коломойский, Пинчук, Боголюбов, Тимошенко дважды премьер-министр оттуда. Кучма президент оттуда. Южмаш там, Турчинов, который был и. о. президента и главы Верховной Рады тоже оттуда, Брежнев оттуда. Кажется, что Днепропетровская область, это место, где все намазано маслом. На самом деле это не так. Картина более печальная.

В 1999 году я впервые ехал по дороге Луганск-Донецк-Днепропетровск. Я как раз ехал знакомиться с Резниченко, когда он принимал меня на работу в Украинский Медиахолдинг. Я переехал границу Донецкой и Днепропетровской области и понял, наверное, я останусь здесь жить, потому что там, где-то в полях останется моя машина. Это был ноябрь 1999 года.

Во всей Днепропетровской области есть такое ноу-хау – дороги зеленого цвета. Они сделаны давно, условно говоря, еще при Брежневе, специальной крошкой, которую давали меткомбинаты.

Таких дорог зеленого цвета нет больше нигде. Есть еще чуть-чуть в Запорожской области. С тех пор въезжая в Днепропетровскую область эти дороги зеленого цвета так и остались. Это значит, что то, что должно было прослужить 10 лет и потом стать уже дорогой нормального цвета, уже служит лет 30 и поэтому разрушается. Поэтому в области нет дорог.

Когда мы начали поднимать статистику, оказалось, что в самой крупной промышленно-развитой области страны за годы независимости Украины с 1991 года по 2016 не было построено ни одного детского садика с нуля. Дети были, рождаемость была, война – переселенцы, так называемые временно-перемещенные лица. А детские садики, вы знаете, все приватизировались, раздавались, раздаривались, там появлялись офисы какие- то, государство новых детских садиков не строило. На 1 января 2015 года очередь в детские сады области составляла 10 тыс. человек. Значит 10 тыс. малышей не могли пойти в детские садики физически, им некуда было идти. Это самая промышленно-развитая область страны, которая всегда управлялась какими-то крепкими хозяйствами: красными директорами или кем-то из Партии регионов.

Мы за 4 года и 3 месяца только из областного бюджета, этот тот бюджет, которым управляем мы с нашими коллегами из Областного Совета, в развитие инфраструктуры области вложили 30 млрд грн.

30 млрд грн – это примерно 1 млрд евро. Если вы вобьете в гугле объем прямых иностранных инвестиций с разбивкой по регионам, вот прямые инвестиции, когда губернатором являлся Резниченко, составили примерно такую же сумму. То есть мы из областного бюджета на рынок частных компаний выкинули на закупки товаров и услуг сумму в 1 млрд евро».

Почему Прозорро — это хорошо

«Прозорро. Все слышали, что такое Прозорро, да? Для многих это такой фетиш, думают Прозорро внедрили и все будет хорошо» — говорит советник губернатора Днепропетровщины – «Мы Прозорро начали внедрять распоряжением Резниченко 21 августа 2015 года. Появилось распоряжение, согласно которому все структурные подразделения Днепропетровской ОГА и подчиненные им коммунальные учреждения все свои закупки на сумму свыше 3 тыс. грн обязаны проводить в Прозорро. Над нами все смеялись, говорили, что мы идиоты, дебилы, что это все неправильно, не работает, никогда так не будет, закона нет и вообще это эксперимент, не откатанный, поэтому забудьте это все провалится. Какая была наша логика? Мы были уверены, что государство дожмет эту систему, внедрит ее повсеместно. Наша задача была натренировать наших предпринимателей на работу в этой системе. В момент, когда эта система стала бы обязательной для всей страны, наши предприниматели имели бы огромный гандикап, потому что они уже натренировались на нас.

Почему для нас это было важно, потому что мы как менеджеры управляли областным бюджетом вместе с нашими коллегами из облсовета. Депутатов облсовета 120 на всей территории Днепропетровской области. 2 основных источника наполнения областного бюджета это налог на доходы физических лиц и 10% налога на прибыль предприятия. Мы сейчас не берем всякие иезуитские штучки министерства финансов, которые отбивают всякую охоту наращивания дохода бюджета, типа там горизонтального выравнивания, реверсных дотаций, которые потом это все забирают и перераспределяют от лучших к худшим. В чистых линиях у вас есть два налога, которые составляют 65% дохода вашего бюджета. Соответственно, если мы хотим сделать больше доход бюджета развития, то есть не бюджет проедания, а бюджет развития, есть два пути: первое – резать расходы жестко. Все понимают, что в любом госоргане этих расходов дофига. Второе – увеличивать доходы. Доходы можно увеличивать  — либо предприятие платит налог на прибыль, то есть 10%, либо платит НДФЛ. НДФЛ распределяется так, что большая его часть идет в местный бюджет. Это означает, что если какое-то предприятие создает 1000 рабочих мест на территории Днепра, благодаря нашим усилиям, нашей работе в Прозорро, благодаря тому, что через Прозорро мы тратим деньги областного бюджета, то мы как областной бюджет НДФЛ получаем, но еще больше получает город, в котором это предприятие расположено.

Когда мы раскачали эту систему, у нас получались странные истории. Многие предприятия, были зарегистрированы по селам и разным поселкам, главы поселков не понимали, откуда у них появились деньги. То есть они понимали, что кто-то начал работать с государством, там какой-то цех по пошиву чего-то открылся, либо по поставкам, либо строительная компания, она начинает платить налоги, это мы раскачиваем под себя, но прицепом получают все: и госбюджет, и местный бюджет, и получаем мы. Поэтому для нас система Прозорро была важна. Мы каждый день следим за показателем. Есть сайт biprozzoro.gov.ua – это модуль статистики прозорро, очень интересная история, для тех, кто любит футбольный менеджмент или в стратегии играть, там на любой параметр клацаешь и строятся красивые и понятные графики.

Юридические и физические лица, зарегистрированные на территории Днепропетровской области, заработали из бюджетов всех уровней с 2015 года по конец июня 2019 года 130 млрд грн . Возможно кто-то из них раньше работал с бюджетом, возможно кто-то не работал, мы этого не знаем. Но точно понимаем, что таких денег никогда не было. На самом деле ни в одном законе про облгосадминистрацию не написаны KPI. То есть никто не знает, за что отвечает губернатор и по чему его оценивать.

Мы для себя сами определили приоритеты: это инфраструктура, новые рабочие места и налоги, которые в бюджет попадают. Вот 130 млрд грн благодаря нашим усилиям попали в частные компании: кто-то стал большой компанией, кто-то остался маленькой, кто-то стал средней, кто-то открыл филиалы. У нас очень много компаний, которые выигрывали много торгов в министерстве обороны, только потому, что, когда туда ринулись все остальные, наши уже были подготовлены, они натренировались на нас».

На что мы тратили деньги

«Дороги. Вы знаете, две беды всегда: дураки и дороги. Дороги делятся на несколько уровней. Есть трассы, за которые отвечает Укравтодор, дай бог ему здоровья, который скоро должен быть ликвидирован, мы на это надеемся. Есть дороги между селами, с 1 января 2018 года отвечают за них ОГА. И есть дороги внутри населенных пунктов, за которые отвечает совет этих городов. Грубо говоря, мэр Никополя отвечает за дороги Никополя. Согласно бюджетного кодекса, мы можем выступать заказчиками капитального ремонта дорог в населенных пунктах любых и дорог между селами. Ремонтировать трассы вместо Укравтодора мы не можем, но как мы из этого выкрутились я чуть дальше покажу.

За 4 года мы сделали более 500 дорог внутри населенных пунктов. Наверняка все знают, у каждого есть бабушка/дедушка, кто-то живет в селе, вы приезжаете в село, а там дорог не было никогда. То есть последний раз советская власть там что-то сделала и больше не делалось. Мы более 500 таких дорог сделали. Село Ласкувате, село Приднепровское, село Широкое – то есть по всей области. 500 дорог – это титанический труд. Почему? Потому что каждая дорога, так как делали мы, это изначально проектирование, то есть туда выезжает проектная организация, которая замеряет дорогу, берет ее пробы, берет ее историю, поднимает всю документацию. Это отдельный проект, отдельные торги в Прозорро. Это отдельная история с антимонопольным комитетом, с судами, в котором это все могут потом оспаривать, это отдельный подрядчик, который на эту дорогу выходит, это отдельная пачка документов на эту дорогу по результатам этих торгов.

Как обычно делается у нас в стране? У нас в стране обычно делается проще. Если есть какая-то большая дорога, выделяются деньги на так называемый текущий ремонт дорог, это что-то такое «срала-мазала-лепила». Выделяется 500 млн, потом закрытым распоряжением главы совета либо мэра какого-то города эти деньги в ручном режиме распределяются куда надо и обычно, это происходит так: позвонил житель на горячую линию, нет дороги допустим на улице Кирова, давайте сделаем. Приезжают ночью срезают асфальт и кладут новый, бордюры никто не трогает, нанесли разметку и уехали. Через 2 года будут делать тоже самое.

Что такое капитальный ремонт? Это когда дорогу разбирают до основания и потом заново ее собирают. В 2015 году мы первыми ввели гарантию на дорогу, на каждую сделанную дорогу 5 лет. Мы честно предупредили всех подрядчиков, когда вы подписываете договор на то, что вы будете ее делать, вы подписываете себе смертный приговор, если вы что-то сделаете не так. Это означает, что в течении этого срока, любой дефект на этой дороге, кроме перегруза, переделывается за счет подрядчика. Две компании, которые отказались переделывать, у нас была история в Каменском, проспект сделали, плохо положили бордюры, и в Никополе плохо сделали часть дороги улицу Херсонскую, сейчас мы делаем ее заново. Две компании получили уголовные дела, с областным бюджетом больше не работают, в области больше не работают. Наверное, с точки зрения революционной целесообразности, правильно было бы взять большую дубину и дать по рукам владельцам этих компаний. С точки зрения нас, как менеджеров, правильно, если будет работать система. То есть мы всем хотели показать, что государственный орган может судами догонять нерадивых подрядчиков. Догнать мы их на сейчас не догнали, я думаю эта история еще на два года — с нашим-то правосудием. Но суть в том, что такие компании в области не работают.

Кроме того, когда мы начинали работать в 2015 году, у нас не было проектировщиков в области, у нас не было асфальтобетонных заводов, у нас не было подрядчиков. У нас был один старый подрядчик, как часть отколовшегося Укравтодора, приватизированного, с одним чадящим заводом. Сейчас у нас в год 5-6 новых асфальтобетонных заводов открывается. Один новый нормальный асфальтобетонный завод – это порядка 3 млн евро. 3 млн евро – это условно 100 млн грн. Плюс 100 млн грн на технику, которая это все обслуживает. Каждый асфальтобетонный завод — это чья-то инвестиция в область в районе 200 млн. При том мы вкладываем очень много денег в дороги, и мы считаем, что рано или поздно это сделает область сильной.

Примеры дорог: Божедаровка, Чумаки, то есть обычные села. Малая Костромка, Першотравенск. Село Зоря, Обуховка, тут много, могу листать бесконечно.

В первую очередь мы делали центральные улицы сел и ПГТ, и дороги, которые ведут к школам, больницам, по которым ездят школьные автобусы, по которым ездят скорые. То есть это то, что там никогда не делалось. Вот районные дороги, которые мы начали делать, это между населенными пунктами. Между маленькими селами.

Кроме того, в 2016 году чудному Укравтодору из госбюджета было выделено 500 млн грн на ремонт трассы Днепр-Кривой Рог. Укравтодор не смог провести торги, остался где-то в судах. С 2016 года мы консультируем филиал Укравтодора у нас в области, работаем с ними вместе и даже иногда их финансируем. Например, трассу Днепр-Запорожье, если кто-то ездил, в первый год ее делал Укравтодор, второй год он про нее забыл бросил, мы ее доделывали за свой счет, за счет областного бюджета, за что получили уголовные дела. Почему? Потому что с точки зрения КРУ звучит следующим образом – если вы администрация, у вас есть ваши полномочия, вот занимайтесь вашими полномочиями и не лезьте туда, что к вашим полномочиям не относится. С точки зрения нас, как физических лиц, если мы живем в этой области и сделан кусок дороги, так давайте сделаем до конца и не будем бросать на полпути, как это у нас обычно делают.

Вот у нас был такой печально-известный недострой, 6 лет стоял, мост при въезде в Днепр со стороны Запорожья, и все 6 лет ездили по окружной дороге. Дорога, проложенная в полях техническая и не была ни на одной карте, у нее не было ни одного индекса, на нее даже невозможно было списать деньги, чтобы привести ее в порядок. Мы этот мост собрали за 42 дня, еще 62 дня мы собирали документы, чтобы ввести его в эксплуатацию. Потому что у нас в государстве все всегда кем-то утеряно и нужно делать заново.

Кроме того, у нас есть такая чудная организация под названием Укртрансбезпека, которая обязана следить за перегрузами в том числе. Она за перегрузами не следит, это такая коррупционная кормушка, которой абсолютно на все начхать. А мы совместно с мэрией Днепра профинансировали строительство трех площадок под габаритно-весовой контроль. В чем проблема? Проблема в том, что согласно существующей нормативке Укртрасбезпеки, она может работать с 9 утра до 6 вечера. Формально, в 18:01 я могу нагрузить хоть 200 тон и проехать. Это первое. Второе – во всем мире на стыке регионов, допустим Днепропетровская и Полтавская область, ставится рамка над дорогой, фура проезжает, ее автоматически замеряют, и, если есть перегруз тебе приходит штраф, если не заплатил пеня, и потом рано или поздно где-то отловили и решением суда все забрали. А это резко остуживает горячие головы, и все резко начинают ездить без перегруза. В чем проблема: два закона на эту тему лежат в Верховной Раде третий год. Есть лобби, которое не хочет за них голосовать, ну понятно кто это. То есть есть лобби, которое считает, что это не нужно и поэтому все работают вот так вот по старинке.

Кроме того, пока мы не поставили общественную организацию на контроль за Укртрансбезпекой, Укртрансбезпека работать не хотела. Это еще один случай, когда мы как администрация делаем не свою работу. Мы этого делать не должны, грубо говоря, это как вы живете у себя дома, вам не нравятся ступеньки в подъезде, вы идете их и переделываете, потому что ЖЕК или ОСМД этого не сделало» — рассказал Юрий Голик.

Откуда берутся деньги

«Из областного бюджета. Нет, раньше таких денег в областном бюджете не было, потому что не было такого количества предпринимателей, даже в 2013-2014 годах.

Я же вам ни за один год рассказываю, я рассказываю с 2015 по 2019 – это четыре года. Это седые волосы у меня и губернатора. Я могу сказать на примере Одесской области, в 2015 году бюджеты Днепропетровской области и Одесской отличались на 100 тыс. грн. Сейчас бюджет развития наш и Одесской области отличается раз в 30.

Для нас это было интересно, это был менеджерско-профессиональный экспириенс, сможем или нет. Есть хорошая фраза — каждый менеджер, который растет по карьерной лестнице, рано или поздно достигает предела своей компетенции, только он этого не знает, то есть он не понимает, что его достиг. Вот для нас это было интересно, предел это нашей компетенции или нет. Кажется, нет, и мы этому рады. Второе, у нас есть большой перекос в государстве, зарплата губернатора области, человека, который ответственен за бюджет 18 млрд, это включая субвенции, дотации, но сам факт – 11 тыс. грн. Кого мы хотим обмануть? Сами себя? Окей, нам повезло. Резниченко официальный долларовый миллионер. Я официальный долларовый миллионер, причем давно с 2011 года, у нас есть несколько советников, тоже не бедных людей, которых привлекли как волонтеров, они тоже иногда там работают. Но пока мы не перестроим систему госуправления, мы будем обманывать сами себя. То есть губернатор нормальной области должен получать зарплату сопоставимую с главой Нафтогаза» — заявил советник главы Днепропетровской ОГА.

Как мы изменили облгосадминистрацию

«Мы ввели институт советников, если вы посмотрите на структуру любой ОГА, это вертикальная интегрированная структура, в которой в каждом департаменте — образования, здравоохранения, ЖКХ и строительства есть свой юрист, свой бухгалтер, свой кадровик и еще что-то. Во-первых, мы сокращали. Департамент сельского хозяйства — до нас 91 человек, сейчас 8 человек. Что делал этот департамент? У нас нет коров, овец, у нас вообще сельского хозяйства нет. У нас сейчас единственная область, где объем сельского хозяйства на 5-6% в год растет. Наверное, потому что мы туда не лезем. Мы, когда фермеров собираем, у нас один вопрос – чем помочь? То есть если у вас есть проблемы: рейдеры, менты прибежали, еще что-то, землю вам не выделяют, нам ни полиция не подчиняется, ни геокадастр не подчиняется, но, если у вас есть понятная проблема, мы будем сажать всех за один стол и пытаться найти общий язык. Нам не лень этим заниматься. Фермера знают, элеватор построили, нужно ввести в эксплуатацию, ГАСК вымогает деньги, окей приходите к нам, разберемся, посмотрим ваши документы, подскажем что изменить и сделаем так, чтобы никто из вас ничего не вымогал. Мы помогаем, мы считаем, что мы как ОГА сервисная функция.

При этом в конечном итоге, я думаю у нас уже это не получится, назначат какого-то другого губернатора, но с 2020 года, когда пройдут местные выборы, администрации должны быть ликвидированы, останется префект, который следит за законностью исполнений решений местных советов. А вся власть переместиться в областной совет, так называемый исполнительный комитет. Наше субъективное мнение – что областной совет и областную администрацию нужно ликвидировать. Сейчас все обсуждают, что президент Зеленский хочет переехать в новое здание, мы еще 4 года назад сказали, когда сюда приехали, ликвидируйте это здание, сделайте там офигенный отель. Центральное здание администрации — это огромные толстые стены, огромные окна, так сделайте хороший отель, в Днепре нет нормального серьезного ни аэропорта, ни отеля. А администрацию вообще ликвидируйте, отдайте полномочия на места – децентрализация. Проблема только в том, что на местах должны появиться менеджеры, мини-клоны Резниченко, которые понимают, что с этими свалившимися деньгами делать и смогут с ними что-то делать. Все – администрация не нужна. Тогда там на местах вы сможете платить нормальные зарплаты. Допустим до нас администрация была 1200 человек, а сейчас 700. Эти же 500 людей чем-то занимались. Мы уверены, что, если бы у нас было свободное время, и мы могли ночью не спать, а работать, мы были сели и еще из этих 700, 200 убрали, мы бы нашли тех, кто занимается ненужными делами. То есть государственная машина крайне неэффективная. Например, в 2013 году была такая статья в бюджете — освещение деятельности ОГА у СМИ – 3 млн долларов. То есть это означает, что каждое утро в районных газетах писался релиз, мол губернатор вручную накатал солнце и солнце встало. Губернатор махнул рукой и комбайны поехали косить пшеницу. То есть такой коммунистический бред. 3 млн долл по нынешним деньгам это 75 млн грн. Это полтора садика. Мы ликвидировали в ноль, у нас этого нет. У нас есть соцсети. Мне если вечером нечего делать, я могу сесть написать, что мы сделали за день. Таких статей очень много. С одной стороны, мы все резали, а с другой мы через прозорро вбрасывали деньги. Там уже маятник работает, не маятник, а пирамида в хорошем смысле этого слова. Чем больше ты туда вбрасываешь, тем больше возвращается, ты еще больше вбрасываешь и все. Останемся мы в ОГА, не останемся, придет новый губернатор эта пирамида будет расти, даже если с ней никто ничего делать не будет ближайшие года два».

Что делать, если глава местного самоуправления идиот

«У нас есть нехорошая история, когда сделали децентрализацию и первые лица государства собрали ОТГ в Киеве и говорят им одну фразу – вы теперь хозяева на своей земле. Губернатор никто, я тоже никто, ну кто там собирает вице-премьер или министр какой-то. Поэтому, когда ты начинаешь с ними разговаривать, они говорят, нам там сказали, что мы тут цари, какие тогда вопросы. На самом деле это правильно, их избрали люди и по конституции губернатор не имеет к ним никакого отношения. Другой вопрос если есть нормальный мэр или глава ОТГ у нас с ними есть нормальный диалог. Потому что в любом случае у нас ресурсов больше в областном бюджете, чем у них и крупные инфраструктурные проекты мало кто может без нас построить. Поэтому если мы видим, что человек при памяти, мы помогаем. Если же нас просят депутаты что-то построить, и мы видим, что глава местного совета идиот, мы не будем там строить, потому что мы понимаем, что мы там никогда не построим. Мы не получим разрешения, не получим землю, нам начнут вставлять палки в колеса и т.д. Поэтому здесь как при хорошей демократии все решается за столом переговоров. Все сели, договорились и побежали» — рассказал Юрий Голик.

Можно ли клонировать Валентина Резниченко

«На самом деле мы думали над вопросом, как распространить наш опыт на всю страну, я написал книжку на эту тему. Там страниц 500, и там расписано пошагово, что мы делали и как. В моем представлении любой губернатор, приходящий в область, сейчас же всех будут менять, он должен брать книжку, открывать первую главу и поехали с первой главы – все. Называться будет «Бесконечность не для слабаков».

Вот вопрос — какие цели ставит губернатор. Вот Одесская область Саакашвили, прекрасный политик, дай бог ему здоровья, но у него какая истерика была: поставить палатку и требовать деньги у государства, а в нашем случае проанализировать и понять, можем мы это профинансировать из областного бюджета или нет. Второе, он хотел сажать каких-то специалистов и аудировать бюджет или не хотел? Мы садились и разбирались в реестрах, по каждой копейке разбирались. Потому что исторически любая копейка, любая гривна, которую тратит госорган – за этим кто-то стоит. Вам достаточно остановить платежи и посмотреть, кто к вам придет. И дальше вы понимает всю суть. И дальше вы смотрите — это действительно нужно делать или нет. Второе, во всем должны быть приоритеты. Мы занимались только тем, где у нас были приоритеты. Если по школам мы понимали, что у нас есть отдельный человек, который может этим заниматься, мы формировали команду, которая была не вертикальная как структура администрации, а сшивала отделы. У меня основная роль как у советника губернатора была — сшивать отделы. То есть если мы внедряем прозорро, то мы внедряем их везде. Если мы строим школу, школа — это департамент образования, строит департамент капстроительства, а закупает оборудование местная власть. Нужно всех собрать в одну кучу. Поэтому мы делали то, что называется проджект-менеджмент, мы собирали отдельные команды и бежали. При этом один человек мог работать в 18 командах. На сколько у него хватало времени и компетенции. По сути у нас было 2 администрации. Одна – это то, что видят все, а вторая – это то, что мы делали внутри. И потом задача была вот этой второй администрации нашей объяснить первой – бюрократам и чиновникам, что мы хотим сделать, а их задача была придумать, как это сделать юридически. Потому что вы не можете просто так взять и потратить деньги. У вас это целый набор документов. Поэтому мы это все сближали и сшивали между собой.

Невозможно строить и воровать. Вы должны для себя определить, что вы хотите строить или воровать. Давайте с конца. Для того, чтобы рабочий вышел забивать сваи, он должен быть сотрудником генподрядчика. Генподрядчик должен выиграть торги в прозорро. Торги в прозорро делаются на основании проекта. Стоимость проекта определяется актом государственной экспертизы на основании государственных расценок. Вы не можете сказать, я хочу построить эту школу за 150 миллионов. Индикативные цены есть по каждому региону. Если кирпич силикатный стоит 190 грн, вы не можете поставить в проекте его по 380. Вы можете поставить его по 189 или по 190.

Вы не можете построить за 150 то, что стоит 100. Я не знаю, что в стране получается мы не следим за другими, но я могу вам сказать в строительстве есть такая норма, как зарплата. Зарплата определяется не как вам хочется. Она определяется в каждой области решением сессии облсовета на основании формулы рассчитанной Минрегионом. У нас в Днепропетровской области мы сделали все, чтобы эта зарплата была максимальной – 16 тыс. грн. В Ивано-Франковске до сих пор 4600, знаете к чему это ведет? Это ведет к тому, что строитель, выигравший торги в Киеве, вынужден 100% обналичить деньги, чтобы доплачивать строителям. Мы как госорган и бизнесмены, понимая, что происходит, всю нормативку, согласно здравому смыслу, старались привести в жизнь. За это строители говорят нам спасибо.

У нас единственная область в стране, где губернатор с мэром областного центра дружат. В хорошем смысле этого слова, не то, что сидят пьют вино, хотя не проблема собраться выпить вина, хотя Борис сейчас не пьет, он спортом сильно сейчас занялся. А в том, что мы слышим друг друга, он нас, мы его и так повелось изначально. Когда нужна помощь — мы помогаем. При этом спросите у Филатова, «как Резниченко?», он скажет — «вот такой мужик!». У меня спросите, я скажу – «вот такой Филатов!». Изначально нам нечего делить, у нас нет такого — это мое, а это мое. Мы говорим — это все область, мы здесь временные, ты здесь временный, все это понимают, поэтому мы очень нежно к друг другу относимся».

Что будет дальше

«Дальше очень хочется вернуться домой. У меня получилось так, когда я переехал в Днепр работать, у меня родился сын, которого я не вижу. Я сейчас приехал с водителем, они там гуляют, на лошадок смотрят. Ему уже три года, а он видит меня только на выходных. Мы изначально рассчитывали, что это на полгода, а я уже там 4 года. Ну это слишком, как по мне. С другой стороны, у нас политическая система изначально не предусматривает преемственности власти, в нормальном смысле этого слова, поэтому при новом президенте 100% будет новый губернатор. Мы как могли отпетляли от участия в нардепстве, приглашали в списки и меня, и Валентина, и по мажоритарке предлагали идти. Мы всем сказали твердое нет, мы в депутаты не пойдем. Мы допускаем, что, если кто-то близкий нам по духу станет политиком, им нужна будет команда менеджеров и нас позовут, теоретически мы может быть пойдем. Последний пример, Корогодский Гарик, все понимают кто это, он недавно получил паспорт гражданина Украины, он пойдет в мэры Киева.

Гарик Корогодский

И буквально в воскресенье вечером он написал в фейсбуке, что если вы уйдёте из ОГА, то идемте со мной на выборы, любые должности какие вы хотите, только сделайте мне в Киеве то, что вы сделали там. То есть если он становится мэром, нас зовут, и мы понимаем, что этот человек с понятными нам жизненными ценностями, то есть с нашими жизненными ценностями, то мы можем принять это предложение и сказать окей, давайте еще 4 года отбабахаем на государство».

Родина вас не забудет

«Она нас не забывает, мое утро начинается с того, что, мне секретарь распечатывает из реестра судебных решений свежие уголовные дела, еще меньше 17 за неделю никогда не было. Не на нас, а на чиновников Днепропетровской ОГА, которые вступили в сговор с кем -то и тра-та-та тра-та-та. Поэтому прошу дать мне разрешение на прослушку/слежку, выемку документов, обыска тра-та-та, а потом, когда это все провели, ты будешь доказывать, что ты не верблюд.

Это так работает система. С моей точки зрения если бы в нашей стране был бы царь, который одним указом может изменить все, то первым указом нужно ликвидировать всех идиотов. Госпродпотребвслужба – что она делает, за кем она следит? Экологическая инспекция, почему она подчиняется не мэру, а министерству? Почему она не может прийти на Арселор, вернее придет и будет смотреть на это оранжевое облако, которое выбросил Арселор, но она не может зайти с проверкой. Зачем нужна администрация в 700 человек, зачем нужен департамент сельского хозяйства. Зачем нужен департамент образования, на балансе у которого ничего нет. То есть он координирует работу других департаментов образования».

Строители возвращаются из Польши строить дороги на Днепропетровщине

«Вот все говорят Польша-Польша, все уезжают в Польшу. Мы, когда раскачивали строительные компании, в какой-то момент они просели. Они столько набрали работы, они не успевали завозить технику, не успевали строить заводы, не успевали людей набрать. И самое интересно, что с техникой они решили вопрос, и с заводами они решили вопрос, проблема были люди. Дошли до того, что они были готовы стандартному квалифицированному рабочему платить тысячу евро. Сколько ты в Польше получаешь — тысячу евро? Только ты будешь получать здесь, спать со своей женой у себя дома, тебя дочка будет каждый вечер видеть, ты не будешь спать в общаге, ты будешь меньше тратить и у тебя будет больше оставаться. Они начали брать людей с улицы, это же не как в матрице, было миллион заснувших строителей, которые проснулись и побежали работать. Люди не готовы работать с шести утра и до 12 ночи. Мы же требуем качества и технадзор наш может приехать в любой момент. Если мы видим, что какая-то херня, мы заставляем перекладывать и переделывать. И естественно это ложится на убытки компании. Компания перекладывает свои убытки на сотрудника, либо требует, чтобы этого не происходило. Люди приходили, три дня работали и уходили. Чисто случайно какая-то группа строителей собиралась в Польшу. И что-то у них там не получилось с поездкой, и они пришли в одну дорожную компанию. Они удивились, та же тысяча евро, но они пашут как подорванные уже две недели — не бухают и не курят, нормальное дают качество и в принципе у нас нет вопросов. То есть до них дошло, что надо оставаться. У нас дорожники пошли в кадровое агентство, которые в Польшу набирают, и говорят – слушайте, давайте мы будем вам доплачивать за каждого, кого вы вернете или же на этих же условиях будете забирать сюда. Но нам нужно, чтобы человек съездил туда и вернулся обратно. Потому что пока человек не понял, что за тысячу евро надо пахать, а не приходить на работу – нам не надо. Пусть съездит на работу в Польшу.

У нас получилась история, когда зарплаты начали подниматься, люди побежали обратно. Это хорошо».

Если повестка дня будет наша — машина будет работать

«Есть институциональная память, что-то останется. Что-то будет происходить. С другой стороны, от позиции губернатора зависит очень много, то есть какая позиция будет задаваться.

В любом случае это будет делать областной совет, какой там будет глава, когда пройдут выборы в 2020 году. Понимаете, администрация, это куча совещаний как в любой компании. Только и раньше в администрации собирались, потому что по закону так, а мы собираемся потому что есть какая-то проблема, которую надо обсудить. У нас во многих кабинетах просто переговорные столы стоят, у нас нет таких столов сидит губернатор и все. Все за переговорками сидят. Что они там будут обсуждать? Запросы кабинета министров о надоях в Васильковском районе, или они будут обсуждать две школы в Васильковском районе. То есть какая будет повестка дня. Если повестка дня будет наша, то машина будет работать плюс/минус с такой же эффективностью. Плюс мы искренне уверены, что должна быть передачи власти и мы сказали, любой кто придет, мы остаемся на какое-то время в зоне досягаемости, мы не уедем ни в какую область, вы можете звонить днем и ночью, мы ответим на все любые вопросы. Мы все покажем. Вот мы, когда пришли после Коломойского, его команда осталась и еще полгода отвечала на все наши вопросы. Мы до сих пор со многими в хороших отношениях, потому что не было такого — вы козлы, а вы мудаки. Была нормальная передача власти».

Маргарита Хорунжая, Екатерина Иванченко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Copyright © 2007-2018 Информатор - Региональное интернет-издание.
При полном или частичном использовании материалов сайта ссылка
на сайт интернет издания dengi.informator.ua как источник информации обязательна.

Наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: