Днепр

Уроки выживания: как не умереть, пока вас лечат

Медицину реформируют и скоро все должно заработать, как четкий часовой механизм. К сожалению, в ожидании светлого будущего ни дети, ни взрослые не прекращают болеть. И выздоравливать им надо уже сейчас, до реформы.

Эту историю можно считать фантазией. Потому что цель – не формально наказать кого-то конкретного, а показать, как работает система сейчас и что стоит сделать, чтобы себя защитить, оказавшись в экстренной ситуации.

Речь пойдет о менингите у одного ребенка и одного взрослого. Это позволит, в том числе, увидеть, как отличается организация медицинской помощи детям и взрослым в Украине.

Почему на примере менингита? Во-первых, это болезнь, которая начинается внезапно, лечится только в условиях стационара, от нее нет специфической профилактики (если речь идет о самом распространенном сейчас энтеровирусном менингите), болеют и дети, и взрослые, осложнения могут быть тяжелыми.

Во-вторых, практический опыт решений в такой внезапной и сложной ситуации может помочь сориентироваться другим в случае серьезных болезней, требующих неотложной помощи.

486284

Урок 1. Скорая помощь

Суббота, утро, у ребенка болит голова. Голова болит не впервые в жизни, но ребенок жалуется, что больно при любом движении, любой звук и свет ухудшает состояние. Температуры нет. Вызвать врача? Но температуры нет. А у ребенка начинают течь слезы из глаз от боли.

В любых неоднозначных случаях, особенно, если это касается ребенка, — вызывайте «скорую».

«Скорая» приехала быстро. Менингеальные пробы провели. Честно сказали, что менингеальные признаки имеются не все, но «собирайтесь, мамочка, в больницу».

Это — «скорая» здорового человека.

За 2 месяца до этого идентичная ситуация со взрослым больным. Кроме симптомов, приведенных выше, еще температура. Первые две «скорые», одна из которых из частной клиники, оставили пациента дома. Менингеальные симптомы проверяли, но поскольку их «не полный комплект», то в больницу везти не предлагали.

Это — «скорые» курильщика.

Врач третьей «скорой» предполагает, что это все-таки менингит и везет в больницу.

В приемном отделении больницы медработник приходит к выводу, что у больного ОРЗ и, наверное, гипертония. Из-за простуды — температура, из-за повышенного давления — головная боль.

Врач со «скорой» говорит, что есть признаки менингита, человек в нестабильном состоянии, но в приемном отделении отправляют домой.

200 грн, положенные в карман врачу приемного отделения, решают этот вопрос. Пациенту делают спинномозговую пункцию. Менингит подтверждается.

Стоит предостеречь от обобщений, что все врачи — взяточники и т.д. Просто совет: берите с собой деньги, когда едете со «скорой» в больницу.

med222

Урок 2. Доступ в реанимацию

Когда «скорая» привезла ребенка с подозрением на менингит в больницу, пациент был осмотрен врачом, сделан общий анализ крови и мочи. Но менингит — это такая болезнь, которую 100% подтвердить или опровергнуть можно только сделав спинномозговую пункцию. Делает пункцию анестезиолог в реанимационном отделении.

И тут оказывается, что вас в реанимацию не пустят. На дверях магнитный замок и звонок.

Приказ Министерства здравоохранения № 592 позволяет находиться родственникам в любой реанимации круглосуточно.

— Вы не имеете права находиться в операционной.

— Я не претендую на это. Я имею право быть с ребенком до и после манипуляции.

— Вы можете только зайти к нему и выйти. Все равно он будет спать.

— Нет, я имею право с ребенком все время.

— Каким документом это регламентировано?

— Приказ МОЗ № 592.

— Во внутренних правилах больницы такое не указано.

— Приказ профильного министерства имеет высшую юридическую силу, чем внутренние инструкции лечебного учреждения.

— Нам нужна справка, что вы здоровы.

— Нет в приказе такого ограничения. И оно было бы нелогичным. Я не могу иметь дома справку о состоянии здоровья постоянно, на случай болезни кого-то из родных.

— Ожидайте.

Вы прослушали краткий пересказ разговора под дверью реанимационного отделения.

В истории с взрослым пациентом история была схожа. Первую неделю он постоянно находился в реанимационном отделении. Да, с запретом посещения. Да, 50 грн за вход. В день родные навещали трижды. За неделю мать пациента нашла в сети информацию о приказе № 592 и все изменилось.

Только заведующий потом в коридоре ворчал медсестрам «повыучивались и теперь права здесь качают».

487x482-1290591703-024cecddd706468

Урок 3. Протоколы

Протоколы лечения — это такие документы, в которых на основании большого количества правильно проведенных исследований определен лучший способ лечения той или иной болезни.

Есть международные протоколы, основанные на принципах доказательной медицины, есть украинские протоколы. Сейчас речь не о качестве украинских протоколов или их наличии.

Речь о том, что если вы попали в больницу, чтобы правильно поставить вопрос врачу, стоит узнать, каким должен быть стандарт лечения. Это, правда, ничего не гарантирует. Но лучше все-таки ставить содержательные вопросы. Например, украинский протокол предусматривает повторную пункцию, чтобы проверить, что пациент выздоравливает/выздоровел.

Международный протокол говорит, что выздоровление после энтеровирусного менингита наступает на 7-10-й день. И что выписка из стационара — дело врача и здравого смысла.

Пациента-ребенка выписали через 5 дней. Повторная пункция не была сделана. Хотя родственники спрашивали о ее необходимости. И потом врачи, которые лечили осложнения после выписки из того стационара, тоже поднимали вопрос о результатах повторной пункции.

Взрослого пациента выписали через 3 недели и еще 2 недели — дневной стационар. Повторная пункция была сделана. Выздоровление подтверждено.

kak-snyat-dengi-s-telefona

Урок 4. Деньги и мобильный телефон

Как узнать, какой украинский или международный протокол лечения той или иной болезни? Как запомнить номер приказа МОЗ?

Поэтому, если вы едете в больницу, то главные 2 вещи, которые вам понадобятся, это — смартфон с зарядным устройством и деньги.

Благодаря смартфону все можно нагуглить, в том числе номер приказа или протокол. Можно сфотографировать результаты того или иного исследования, которое записано в истории болезни. Можно сфотографировать назначения специалиста, к которому направляли ребенка.

Стоит сфотографировать, потому что потом в выписке всего этого может не оказаться.

Что касается денег, то все еще проще. Лечение менингита семьям и взрослого, и ребенка за весь период (примерно 3 недели) в среднем обошлось в 10 тыс. грн.

Что делают люди, которые приехали в больницу без денег, неизвестно. Лечение нужно начинать срочно. Вам дадут список необходимого: лекарства, системы для капельниц, шприцы, катетер. Аптеки в больницах работают круглосуточно. Попутно желаем каждому не узнать, что бывает, если попасть в больницу без денег.

Семью взрослого пациента врач спросил: «Вы готовы оплачивать лечение? Это будет дорого. Вы же понимаете, такая болезнь». Неизвестно, что бывает, когда ответ «нет».

212-11

Урок 5. Врачи и средний медперсонал — люди. Все люди — разные

От врачей кто-то ждет просто правильно лечения, кто-то поддержки, сочувствия или хотя бы понимание состояния.

При этом часто можно прочитать, услышать, как часто врачи жалуются на неадекватных пациентов и их родственников. Недавно встретилось мнение врача, что нормальными являются лишь 5-7% пациентов.

Это важно помнить. Потому что очень часто к пациенту или родственнику пациента будут относиться, как к тупице.

Когда вы будете задавать уточняющие вопросы, может возникнуть реакция, что именно вы из когорты скандалистов, профессиональных жалобщиков, истериков, тех, кто «качать права пришел».

Поэтому многие пациенты боятся задавать вопросы, боятся напомнить, что капельница заканчивается, боятся не понравиться даже санитарке, не хотят услышать в ответ грубость. Чтобы «не подумали плохого», «не обиделись», «главное, чтобы спасли, чего я буду спрашивать», «надо, чтобы к нам хорошо относились».

Помочь может только подчеркнутая вежливость. Не подхалимство. Вежливость. Постоянно. Много. «Пожалуйста», «извините», «обращаю ваше внимание», «по моему мнению», «как вы считаете» — это не просто реверансы, которые в критической ситуации могут показаться лишними. Это — то, что позволит вам быть в курсе того, что происходит.

Тем более, что пациенты-тупицы есть. Так же, как и их родственники.

Еще бывают врачи, к которым ты привозишь ребенка после 5-дневного лечения менингита и выписки домой, ребенка рвет прямо в кабинете, голова болит, он едва ли не теряет сознание, а врач говорит, что это — симуляция, просто не хочется в школу. Рвота? К гастроэнтерологу, было же принято много лекарств.

Затем вы выясните, что это был суперспециалист с кучей регалий, который просто на следующий день ехал на конференцию. «Поэтому никто не хочет заниматься».

Или, например, вы уже в другой больнице, ребенка срочно госпитализируют, назначение врачом сделано, но медсестра не начинает ставить капельницу, потому что «я не знаю, куда вас положить», «я не понимаю, что здесь написано», «я такую капельницу не ставила», «будем ждать, пока врач вернется в отделение». А ребенка все так же рвет, он буквально сползает по стеночке.

Тогда вы ловите любого врача, который пробегает в отделении мимо, и вежливо просите его растолковать назначения и помочь начать терапию, а не переживаете, «что подумают».

Урок 6. Всем все равно

Не все равно должно быть вам.

Да, ребенка выписали на 5-й день, да, без повторной пункции, написав в выписке, что «клинически здоров». Сказали, голова еще будет болеть около 2-х недель.

Дома ребенок продолжала страдать от головной боли, почти не ел, постоянно спал. Так прошли выходные и стало понятно, что лучше не будет. Пришел понедельник и ребенка повезли в больницу.

Сначала туда, где сказали о «симулянте». Затем к окулисту, потому что другой врач помогал и направлял по телефону. Окулист увидел, что у маленького пациента начинается отек диска зрительного нерва. Что является косвенным признаком возможного начала отека мозга.

Затем была следующая больница, где ребенка срочно снова госпитализировали и продолжили лечить. Официально это звучало как «последствия нейроинфекции».

Кстати, гипотез, почему ребенка выписали на 5-й день, может быть несколько. Например, возможно, потому что ребенок здоров? Или потому что может продолжать лечение в домашних условиях?

Есть одно предположение. Дело в том, что ребенок с мамой находились в отдельной коммерческой палате, плата за которую формировалась НЕ посуточно, а за весь период. Отделение было заполненным и все просились из общих палат в отдельные. Есть спрос — есть предложение. Надо освободить палату.

Урок 7. Боль

Очень сильная головная боль. Такой силы, что слезы катятся из глаз, от каждого звука внутри головы разрываются снаряды, каждое движение вызывает гримасу боли на лице. Есть простой вопрос, чем можно помочь ребенку? И простой ответ: «Ничем. Все равно ничего не поможет».

В интернетах идет война за ввоз детских форм обезболивающих препаратов. Медицина научилась обезболивать онкологических больных. Врачи говорят, что внутримышечные уколы для ребенка — это лишний стресс. Их можно заменить пероральной формой или вводить через поставленный катетер.

В наших больницах пока все «по старинке» — Бог терпел и нам велел. Только как-то это очень далеко от гуманизма.

Happy end

Тем, о ком речь в этой статье, повезло. Взрослого с менингитом начали лечить, потому что «скорая» настаивала на диагностике и госпитализации, а родственники «помогли». Ребенка с осложнением менингита начали лечить, потому что родные нашли врача, которому не было все равно.

Не знакомого, не родственника. Просто профессионала, которому не все равно.

Так не должно быть. Мы не можем надеяться на везение в таких вопросах, как предоставление неотложной помощи детям и взрослым.

И чтобы избежать отчаянного вскидывания рук и почти риторического вопроса, что делать, будет несколько предложений.

Чтобы лечение не было уроками выживания, надо:

— Создать в каждом городе большую детскую больницу, где есть все: специалисты разных профилей, круглосуточные лабораторные и функциональные исследования, реанимация, операционные. Какой смысл в детских больницах, где нет реанимации и хирургии? Почему «скорая» бывает вынуждена возить по разным больницам и спрашивать, примут ли, например, с болью в животе: гастроэнтерология, гинекология, аппендицит? Почему невролог должен гадать на кофейной гуще без консультации окулиста? Если есть проблема, которая нуждается в наблюдении и проведении исследований — большая больница с приемным отделением. Около 20 больниц в городе без надлежащих условий диагностики и лечения — это угроза жизни и расточительство.

Протоколы. Международные унифицированные переведенные и обязательные. Безусловно, предусмотреть все в одном протоколе или даже гайдлайне невозможно. Но это, по крайней мере, страховка от небрежности, халатности, бездействия и грубых врачебных ошибок.

Судебная реформа. Когда-то одна медицинский юрист сказала: «Если бы у нас была проведена реальная антикоррупционная и судебная реформы, медицинскую можно было бы не проводить». Если бы врачи и пациенты могли защищать свои интересы в суде, реформа медицины не понадобилась бы.

— Честность.

Правда, сложно сказать, что из этого списка является самым фантастическим.

Ольга Бугай

загрузка...

Copyright © 2007-2018 Информатор - Региональное интернет-издание.
При полном или частичном использовании материалов сайта ссылка
на сайт интернет издания dengi.informator.ua как источник информации обязательна.

Наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: